Родители и двое детей сидели на бортике и перекусывали, разложив свертки с едой на коленях и рюкзаках. Отец семейства одновременно был похож и на спортсмена, и на продавца и на официанта. Его жена, одного с ним возраста - видимо, первая, она же и последняя любовь - выглядела намного старше своего супруга. Какая-то измученная, с ярко и грубо накрашенным лицом и безвкусными кудряшками, она больше походила на домработницу или воспитательницу его детей. Ее унылое лицо, сутуловатость и некоторая похожесть на меланхолично жующую овечку чем-то показались знакомыми Лупцову.

Отец семейства, у которого на коленях лежала двустволка, насторожился, локтем придвинул ружье к животу, а когда Лупцов с Иваном Павловичем подошли поближе, громко и внушительно предупредил:

- Не подходи, буду стрелять! - После этих слов он отложил хлеб в сторону, взял ружье и навел стволы на двух незнакомцев.

Иван Павлович мгновенно остановился, будто наткнулся на невидимую стену. Он хотел было возмутиться, но Лупцов опередил его и доброжелательно сказал:

- Не подойдем, не бойтесь. Мы только хотели выяснить, что случилось. Может вы знаете?

- Если бы знал, я бы давно академиком был, - спокойно ответил отец семейства.

- А куда вы идете? - стараясь говорить как можно мягче, спросил Лупцов. - Я не так просто спрашиваю. Мы уже несколько часов кружим по улицам. В центр не пускают, что делать - непонятно.

- Мы тоже ничего не знаем, - ответил отец семейства. - Дома жить невозможно - черт те что творится. Сплошной полтергейст. Нашествие барабашек. "Войну миров" читал? - Его жена, видимо, долго крепившаяся, как была с полным ртом, так и разрыдалась, и тут же вслед за ней заплакали дети.

- На "Войну миров" это непохоже, - сказал Лупцов и бросил сумки на землю. - У тебя спички есть? Свои дома забыл.

- Есть, - ответил отец семейства. Он полез в карман, достал коробку, но как только Лупцов двинулся к нему, снова взялся за ружье. - Не подходи. Стой лучше там. - После этого он бросил спички Лупцову.